Без малого три десятка недель понадобилось почтовому ведомству Соединенных Штатов Бразилии, чтобы подготовить свое поздравление соотечественникам-футболистам, впервые завоевавшим чемпионский титул на мировом первенстве в Швеции. И их дар национальной сборной обескуражил футбольную державу. На блеклой марке-одиночке художника Б.Ланцетта были едва различимы коричневые контуры футболиста. За его спиной спрятался завоеванный в Стокгольме трофей – «Золотая богиня». А сопроводительный текст и вовсе не читался. Равно как и номинал в 3,30 крузейро – наивысший для спортивной марки тех лет.

 

 

Однако стоило новинке-поздравлению появиться в продаже на почтамте Рио-де-Жанейро, как на нее набросился футболюбивый народ. В первый же день большую часть 5-миллионного тиража раскупили темпераментные футболоманы. Вскоре и владельцы филателистических лавочек во всей стране разводили руками перед жаждавшими приобрести чемпионскую марку: «улетела».

До Москвы, понятно, она «долетела» много позже. И лишь почти два года спустя у автора появился шанс «поймать» ее. Молодого спортивного журналиста «Комсомольской правды» судьбе было угодно отправить в первую загран-командировку как раз в Бразилию – на волейбольный мировой чемпионат 1960 года. И, собираясь в дальнюю дорогу, он самонадеянно размечтался: мол, быть того не может, чтобы для единственного спецкора СССР на празднике «крылатого мяча» во всей Бразилии не нашлось футбольной марки-чемпионки. Увы, не нашлось. Зато открыл для себя отчизну новых футбольных чемпионов.

А для начала пришлось совершить, как говорят американцы, «хоп степ энд джамп» – тройной прыжок по воздуху из северного полушария в южное. «Хоп» – на ТУ-104 из московского аэропорта Внуково, «степ энд джамп» – на Боинге-707 из Парижа через столицу Сенегала в Рио-де-Жанейро. За семь часов висения над Атлантическим океаном о многом вспомнилось. Бразилия и бразилейрос – эти слова уже вошли в обиход всех, кто понимал язык футбола. И легендой стал триумф южноамериканцев летом 1958 года – на шестом по счету чемпионате мира. О футбольной горячке в Швеции немало поразительных подробностей довелось услышать от очевидца – редактора спортивного отдела «Комсомолки» Николая Киселева, чьи репортажи из Стокгольма засылал в набор и автор этих строк. Те репортажи открыли читателям газеты новую футбольную сверхдержаву. Ее сборная продемонстрировала невиданно мощную и виртуозную игру. И в бразильской атаке блистали четыре черные жемчужины: Гарринча – на правом фланге, Вава и Пеле – в центре, Загало – на левом краю. Такая фаланга сметала всякую оборону на пути к чужим воротам.

 

 

Финал-1958 остался яркой страницей в анналах истории мировых чемпионатов. «Золотой матч» Бразилия – Швеция, прошедший 29 июня на стокгольмском стадионе «Расунда» при судействе француза Мориса Гига и в присутствии 49737 зрителей, принес победу южноамериканцам (5:2). Последний мяч первенства на последней минуте финального поединка провел в ворота хозяев 17-летний Пеле, дебютант чемпионата и будущий «король футбола». И телевизионный мир запомнил, как он плакал от счастья, принимая золотую медаль из рук короля Швеции Густава VI.

Не затерялась тогда среди футбольной элиты и сборная СССР – дебютант мировых чемпионатов. В своих репортажах из Швеции спецкор «Комсомолки» Николай Киселев здраво и мудро, как это он умел, оценил выступление подопечных замечательных тренеров – Гавриила Качалина и Михаила Якушина. Олимпийские чемпионы 1956 года с капитаном Игорем Нетто и Львом Яшиным в воротах показали грамотную и волевую игру в четырех матчах (2:2 – против Англии, 2:0 – против Австрии, 0:2 – против Бразилии, 1:0 – против той же Англии). Однако в четверть-финале не хватило сил одолеть шведов (0:2). И всю сборную тотчас отправили домой – досматривать чемпионат по телевизору.

 

 

Бразильцев же на родной земле встретили триумфально. Чемпионам устроили в Рио внеочередной карнавал. И праздничная вакханалия продолжалась целую неделю. Об этом рассказывал автору один из руководителей Общества дружбы Бразилия – СССР адвокат Кустодио Бустаманте. Это он встречал и патронировал советскую спортивную делегацию, прибывшую на волейбольный чемпионат мира 1960 года из осенней Москвы в весенний Рио-де-Жанейро. И именно он помог увидеть футбольную Бразилию – пляж Копакабаны и арену «Мараканы» в Рио, «футбол де салон» в Сан-Пауло, бразильского феномена Пеле в Сантусе.

...Да, неотразим Рио. Даже уступив титул столицы страны, который перехватила у него в том же 1960 году Бразилиа, он способен покорить сердце любого гостя. Недаром кариоки, его коренные жители, продлжали величать разноликий мегаполис «сидаде маравильоза» – прекрасный город. А витриной его была и остается Копакабана со всемирно знаменитым пляжем.

Его километровая дуга пограничной полосой отделяла бескрайнюю равнину океана от шеренги шикарных отелей. И его золотистый песочек – единственное в городе, что принадлежало всем. А прежде всего любителям футбола от мала до велика. Даже в весеннем октябре босоногие мальчишки с утра до сумерек гоняли мяч, изумляя искусством жонглирования досужих туристов.

Если пляж Копакабаны колыбель кудесников футбола, то цитадель его – «Маракана». Самый большой на планете в ту пору стадион назван, словно в шутку, именем мараканы – крохотной птички из породы попугаев. Он построен там, где кончается город и начинается район бедняцких фавел. Его открыли 16 июня 1950 года футбольной премьерой в исполнении сборных Рио и Сан-Пауло. И с тех пор он стал рукотворным вулканом страстей человеческих. В дни больших матчей чаша «Мараканы» полна ликования и гнева, извергаемых двумя сотнями тысяч торседоров. С неукротимым норовом бразильских болельщиков довелось познакомиться на рядовой встрече первенства штата.

Спектакль с участием «Ботафого» и «Флюминенсе» – зрелище не для слабонервных. Клубные фанаты поровну поделили многоэтажные трибуны. Между ними и игровым полем – колючая проволока, ров с водой и заградительная цепь полицейских в белых касках. Оба враждебных лагеря настроены воинственно. Стоило одной из команд забить гол – и полстадиона, словно взорвало: все принялись бить в барабаны, дудеть в трубы, отплясывать самбу и подбрасывать верх сорванные с себя рубашки, палить из ракетниц и зажигать факелы из газет. Другая половина трибун вскипела негодованием: в судью полетели апельсины, а в сторону оплошавшего вратаря – яростные угрозы.

Однако пальму футбольной столицы у Рио извечно оспаривал Сан-Пауло, город-локомотив национальной экономики и кофейный центр страны. Как уверяли паулисто, местные патриоты, град святого Павла обладал наилучшей футбольной структурой. Убедиться в том, впрочем, не довелось. Зато сподобился увидеть экстравагантную футбольную новинку тех лет с экзотическим названием – «футбол де салон».

С «салонной игрой» удалось познакомиться благодаря хозяину одного из сан-паульских футбольных клубов – Адемара Мендозо, пригласившего на тренировку его команды.  Присходившее под сводами спортивного зала показалось поначалу пародией на футбол. Площадка – не более баскетбольной. Ворота – безнадзорные. Десяток игроков – поровну с каждой стороны – демонстрировал каскады финтов, каждый из которых был достоин аплодисментов. Владение мячом – поразительное. Впечатление, будто на паркете репетировали цирковые жонглеры.

И, оказалось, мода на минифутбол уже околдовала всю Бразилию. Зимой и весной любители и профи, покинув травяные поля, перебирались на деревянные площадки. Там и сражались за чемпионство школ, городов, штатов и страны.

Однако пальму футбольного первенства у Сан-Пауло оспаривал Сантус – крупнейший морской порт Бразилии. На том основании, что местный клуб «Сантос» – чемпион штата Сан-Пауло и обладатель Кубка страны. К тому же атаку старейшего бразильского клуба с сентября 1956 года возглавлял всеобщий любимец Пеле. Встреча с этой знаменитостью тогда же, в октябре 1960 года, стала большой журналистской удачей автора.

От столицы штата до ее спутника на берегу океана – всего два часа пути на экспресс-автобусе. И на выезде из Сан-Пауло бросился в глаза постамент с впрах разбитой машиной. Над ней был поднят рекламный щит с убедительным текстом: «Не спеши! Не убей! Не умри!».

Попасть в Сантус удалось только потому, что городские власти выпросили у организаторов волейбольного чемпионата право провести стартовый матч. Исход встречи сборных СССР и Парагвая в зале «Интернационале» не стал сюрпризом. Неожиданный подарок ждал соотечественников после поединка: к ним в раздевалку пришел Пеле – поздравить победителей. И темнокожий форвард не отказал в интервью советскому журналисту.

– Как вам волейбол?
– Волейбол – не футбол, но впечатляет. От советских ударов парагвайцы падали как кегли.
– А советский футбол? Удалось ли увидеть в деле московское «Динамо», когда в декабре 1957 года первый матч южноамериканского турне команда Льва Яшина сыграла вничью (1:1) с «Васко де Гама» на «Маракане»?

– Попасть на тот матч не удалось, но радиорепортаж из Рио помню.
– А запомнилась ли встреча лицом к лицу с советской сборной на шведском чемпионате мира? И какое впечатление в Гетеборге произвел Яшин? Кстати, «размочить» его тогда вам не удалось.

– В той игре Яшин был в ударе. Он разгадал немало наших загадок. Но тот день был не мой день. Зато Вава дважды пробил неотразимо – и вывел нас в полуфинал.

Мимолетную встречу Пеле завершил широченной улыбкой и крепким рукопожатием. Похоже, слава не ослепила Эдсона Арантеса ду Насименто – сына сельского бедняка из местечка Трес-Карасионс в штате Минас-Жераис. Кстати, его отец тоже играл в футбол и на поле его называли Додиньо. Талант Эдсона оценили в «Сантосе». И, по словам знавших его со дня дебюта в команде в сентябре 1956 года, Пеле остался самим собой – игроничным к себе и щедрым к друзьям, скромным и даже застенчивым парнем.

Когда бразильский волейбольный чемпионат подошел к концу, обе сборные СССР – мужская и женская – с победными трофеями отправились на родину. Вместе с ними спецкор «Комсомолки» совершил тот же «хоп степ энд джамп», но в обратном направлении: Рио – Париж – Москва. И где-то над Атлантикой он признался себе: охота за футбольной чемпионской маркой оказалась неудачной. Тщетны оказались все усилия приобрести посвящение чудо-сборной Бразилии на ее первом победном первенстве-1958. Не далась в руки памятная миниатюра ни в Рио, ни в Сан-Пауло, ни в Сантусе, ни во время блиц-поездки в новую столицу – Бразилиа.

 

 

Неуловимую марку удалось настичь лишь почти четыре десятилетия спустя. И в той же Бразилии, куда судьба позволила попасть вторично – на Всемирную ярмарку олимпийских коллекционеров.

Тот саммит хранителей спортивной истории, проведенный бразильским олимпийским комитетом под эгидой МОК в ноябре 1998 года в Рио, проходил в отеле «Софитель» – на благословенной Копакабане, где ее пляж заканчивается у форта Арпоадор. Один из дней ярмарочной недели подарил встречу с секретарем Бразильской федерации филателии Джеральдо де Андрадо Рибейро. И он согласился выполнить просьбу московского гостя: его личный архив о мировом волейбольном чемпионате 38-летней давности, а в добавок его же книгу «Автографы чемпионов» об истории «крылатого мяча» передать национальному министерству спорта. Оценив этот скромный дар, седовласый филателист сделал ответный жест – преподнес конверт первого дня с той самой чемпионской маркой 1959 года, запечатлевшей первую победу соотечественников на мировом первенстве в Швеции.

Неожиданным был и финал всей истории охоты за чемпионским сувениром. Почти пять лет спустя, в середине сентября 2003 года, в Москве вдруг объявился «король футбола». Притом не с футбольной миссией. Как посол бразильской кофейной компании Cacique со штаб-квартирой в Сан-Пауло и одновременно в качестве одушевленного бренда знаменитого кофе «Пеле» он стал ведущим игроком на пресс-конференции в столичной гостинице «Мариотт». Гость отдал должное быстрорастворимому и натуральному на все 100 процентов напитку. Однако журналисты замучали его банальными вопросами о футболе. И когда отшумели кофейно-футбольные страсти, представителю газеты «Спорт для всех» удалось перемолвиться с трехкратным чемпионом. Напомнив ему о давней встрече в Сантусе и поисках чемпионской марки, автор попросил московского гостя оставить автограф на подаренном ему в Рио конверте. Что Пеле и сделал. И, как показалось, не без удовольствия.

 


Победная марка Бразилии на конверте первого дня с автографом Пеле

 

Тот подарок с чемпионским вензелем – «Твой друг Пеле» – занял подобающее место в коллекции. Рядом с выпусками Швеции и СССР – свидетелями первого триумфа чудо-сборной Бразилии и ее 17-летнего футбольного гения.

«Погоня за чемпионской маркой». Б.А. Базунов. «Спорт для всех». 2009, №428

© 2020 КЛУБ СПОРТИВНОГО КОЛЛЕКЦИОНИРОВАНИЯ

^ Наверх